Читаем без скачивания Изгой: Шаги сквозь Тьму [СИ] - Анатолий Радов

Медленно, почти не дыша, словно в руках у нас было что-то необычайно хрупкое, мы переложили Аршого на плащ. Скрутив углы, вцепились в ткань мёртвыми хватками и потащили раненого к госпиталю.

Вернувшись назад, принялись дружно восстанавливать палатки. Запасные подвезли на двух повозках, мы всем скопом быстро разгрузили, застучали молотки по железным колышкам, отовсюду стали раздаваться деловитые выкрики — тут сильней натяни!.. Угол, угол провисает!..

Однако у большинства легвонеров на лицах при этом читалось некоторое недоумение и даже страх. Как можно снова на этом месте ставить лагерь, если червь, возможно, находится рядом? Но как оказалось, всё уже давно проверено. Пара штурмовиков спускались в нору и убедились, что червь мёртв. Он успел отползти всего на восьмуху риги, где и окочурился по полной программе. Вдобавок к этому Высшие всё-таки «просканировали» весь подземный ход и подтвердили — огромный выброс магической энергии в почву имел место, а значит, мамун сдох. Случаев, чтобы мамун добровольно расставался со своей магической защитой, со времён появления Зыби не наблюдалось, поэтому все вздохнули свободно.

Примерно через пару часов разрушенная часть лагеря была восстановлена, топчаны, те, что не разлетелись в щепки, вернулись на свои места, остальные заменили новыми.

— А раньше они не могли проверить этот чревлов ход? — спросил я у Линка, бросая на своё угловое место новенький, пахнущий древесиной и смолой топчан.

— Проверяли ж, наверное. Но в Зыби этих ходов… — он присвистнул. — Многие на десятки лет мамунами заброшены, так что тут не угадаешь.

Я понимающе промычал в ответ, врубил магический фонарик и недовольно поглядел на шершавые, плохо обработанные доски новёхонького топчана. Чревл, матрасов у нас никогда не было, однако что-то вроде мешковины для подстилания всё же выдали. Но её я, разумеется, с собой не прихватил. Придётся ложиться так.

Сбросив с плеча походный мешок, я вырубил фонарик и наощупь расстелил одеяло — попробую как-нибудь изловчиться и завернуться в него.

— Какие потери? — послышался голос Линка, как только парни перестали громыхать топчанами.

— А кто его знает, — ответил один из эгидников, и здоровяк решил сделать перекличку. На его ладони загорелся неяркий шарик, подсвечивая снизу лицо. То ли игра света, то ли нет — но мне его лицо показалось каким-то чересчур уставшим и напряжённым. Да уж, и мимо бывалых вояк вся эта канитель просто так не проходит.

Остальная часть ночи прошла спокойно, но всё равно на утро чувствовался страшный недосып. Слава Номану, штабные вошли в положение и перенесли дежурство нашего гурта с утра на послеобеденное время, до которого многие и продрыхли. И я в том числе. Мысль позаниматься магией отбросил, как неудачную шутку — сон, сон и ещё раз сон. Эти будни войны начинают здорово утомлять. От постоянного холода, недосыпания, стояния на вершине холма, продуваемого со всех сторон ветрами — тело уже практически не ощущается. Вернее ощущается, но совсем не так. Как будто и не из мяса оно уже, а из дерева. Вот точно из такого, как топчан подо мной.

Но к обеду всё же пришлось подниматься, разгонять кровь быстрой зарядкой, умываться обжигающей ледяной водой, жрать лузянку с кусками сала домашних дролтов и с сухими лепёшками, и после этого бежать на построение. Короткое объяснение задачи — стандартное дежурство на холме — и вперь-од. Поднялись, взору открылась всё та же картина — сизоватое заснеженное поле, вдалеке лёгкая дымка, в ней виднеется с десяток «коробочек» слотов, стоят, суки, ждут чего-то. В общем, всё по старому — сиди и смотри. Глупо и скучно. Однако через полчаса появилась тема, вроде кто-то из штурмовиков ляпнул, потом слухами эта новость разнеслась по трём гуртам, стоящим здесь вместе с нами, и наконец, достигла славного, потрёпанного в мелких стычках первого гурта тринадцатого легвона. Завтра утром выступаем в Зыбь.

Глава пятая

Снег в небольшой лесной полосе был глубоким, доходил почти до колен, а у стволов сейкон и вовсе лежал нанесёнными сугробами локтя в два. Высоко поднимая ноги, впереди шёл Виренг, держа в руке свёрнутую карту, а следом с недовольным лицом плёлся Дунк. Сегодня с утра старый Вул озадачил их «пробивкой» подхода к холму.

— Сходите, посмотрите, — сказал он, восседая на мягкой шкуре в шатре своих дригов. — Местность здесь для незаметного проникновения в тыл противника плохая, поэтому вам лучше ознакомиться заранее.

Младший амрал бросил ненавистный взгляд в спину человека. Ненависть эта родилась совсем недавно, искрой для её вспыхивания послужило то, что Виренг, как оказалось, превосходно ориентируется в незнакомых районах. Не любил Дунк, когда кто-то в чём-то превосходил его. А он умудрился буквально шагов сто назад ляпнуть несусветную чушь относительно месторасположения Лкухских болот. Человек не усмехнулся в ответ, а только спокойно ответил — вы немного заблуждаетесь. Но именно этот ответ и стал искрой. Ведь видно было по глазам — человек смеётся над ним. Презренная тварь, предатель своего народа.

Да и вообще в последнее время Дунк постоянно находился в плохом настроении. Все эти метания туда-сюда с катингой слотов его порядком раздражали. Вдобавок старший амул Варган-Наро, который командовал их катонгом, постоянно вызывал к себе младших амралов и проводил нелепые тактические разборы, строя из себя великого военачальника. Иногда молодому демону хотелось просто плюнуть в этого старого идиота, возомнившего, что он как-то влияет на ход операции.

А операция была до отвращения проста — затягивание легвонов внутрь их территории. Для этого они и шатались, как идиоты, по Весохскому полю на виду у людей.

— Здесь если левее взять уже болота начинаются, — проговорил человек, остановившись. При этом он указал рукой влево и Дунк машинально посмотрел туда. Ничего кроме серых стволов и сизого снега.

Человек же в это время присел, подогнув под себя ноги, и стал раскладывать на коленях карту. Дунк подошёл, заглянул сверху вниз в кусок пергамента, потом невольно перевёл взгляд на затылок человека. Всадить ему сейчас туда нож и всего делов, — мелькнуло в мозгу, и Дунк с чувством превосходства улыбнулся. Вот она эта тварь, в его власти. Захочет — убьёт, захочет — помилует.

— Так, эта тропка должна привести нас к холму, — вырвал его из сладких размышлений спокойный голос Виренга. — А вот тут уже лесополоса кончается, придётся брать левее, почти в болота, — человек кашлянул задумчиво, ещё пару секунд разглядывал карту, потом кивнул сам себе и стал её сворачивать.